Короткий ответ: в одиночку Россия человека на Марс не отправит, но и без её наработок любая марсианская программа выглядела бы иначе. Реально востребованы три вещи — жидкостные ракетные двигатели, скафандры двух разных классов и медико-биологические данные по многомесячным полётам. Всё остальное придётся создавать заново, и об этом ниже, без иллюзий.
Запрос «Илон, возьми на Марс» начинался как шутка в соцсетях, но за ней стоит нормальный технический вопрос: какие компетенции у страны есть, а каких нет. Разбираем по четырём направлениям — двигатели, скафандры, длительные полёты и то, что пока не готово.
Двигатели, которые улетали за океан
Самая известная позиция российского экспорта в космонавтике — жидкостные ракетные двигатели НПО «Энергомаш». РД-180 работал на керосине и жидком кислороде, давал у Земли около 390 тс тяги и с 1997 по 2022 год поставлялся в США для ракеты Atlas V. Всего ушло порядка 120 экземпляров. Поставки прекращены в 2022 году, но американская ракета успела отлетать на них почти всю свою программу.
Второй контракт — РД-181 для ракеты Antares. Его взяли после аварии 2014 года, когда взорвался другой двигатель — НК-33 из советских запасов, поставленный в США под обозначением AJ26. История НК-33 показательна: двигатель делали для сверхтяжёлой Н-1, четыре пуска ракеты закончились неудачей, но сам двигатель остался работоспособным и через сорок лет оказался востребован.
| Двигатель | Тяга у Земли | Топливная пара | Где летал |
|---|---|---|---|
| РД-180 | около 390 тс | керосин + кислород | Atlas V (США) |
| РД-191 | около 196 тс | керосин + кислород | «Ангара» |
| РД-181 | около 200 тс | керосин + кислород | Antares (США) |
| НК-33 | около 154 тс | керосин + кислород | Н-1, Antares как AJ26 |
Для Марса важнее другое. Керосин на обратную дорогу придётся везти с собой, а это десятки тонн мёртвого груза. Метановый двигатель можно заправлять топливом, синтезированным на месте из углекислого газа марсианской атмосферы и привозного водорода. Метан меньше коксует камеру и даёт более высокий удельный импульс. Такие разработки в России ведутся, но лётных образцов, проверенных в пуске, пока нет.
«Сокол» спасает, «Орлан» работает — и оба не годятся для Марса в нынешнем виде
Это два принципиально разных скафандра, и путать их — типовая ошибка. «Сокол-КВ2» весит около 10 кг, надевается за минуты и рассчитан на несколько часов в разгерметизированном корабле при возвращении. Наружу в нём не выходят: это спасательное снаряжение, а не рабочий инструмент.
«Орлан-МКС» — противоположный класс. Масса порядка 110 кг, автономность до 7 часов, с 2017 года используется на МКС для внекорабельной деятельности. Главное отличие от предыдущих моделей — автоматическая система терморегулирования: космонавт больше не крутит вентили вручную, электроника сама держит комфортную температуру. Ресурс рассчитан на несколько лет эксплуатации.
Почему ни один не подходит для марсианской поверхности. «Орлан» проектировался под невесомость, где вес скафандра не давит на плечи. На Марсе сила тяжести — около 0,38 от земной, то есть те же 110 кг превращаются примерно в 42 кг живого веса на плечах, которые нужно носить часами. Добавьте пыль: марсианский реголит содержит перхлораты — по данным посадочного аппарата Phoenix, от 0,5 до 1 %. Это токсичные для щитовидной железы соли, к тому же абразивные и липнущие к уплотнениям. Нужны другие материалы, другая система очистки и герметизации.
И третий момент — время. На МКС при проблеме космонавт возвращается в шлюз за считаные минуты. На Марсе до базы можно идти часами, то есть автономность скафандра должна измеряться сутками, а не семью часами.
437 суток Полякова — это дороже любых чертежей
Валерий Поляков провёл на станции «Мир» 437 суток в 1994–1995 годах. Рекорд непрерывного пребывания в космосе не побит до сих пор. Сергей Авдеев набрал 747 суток суммарно и держал этот результат десятилетиями, пока в 2024 году Олег Кононенко не довёл личный суммарный налёт до 1111 суток.
Ценность этих полётов не в цифрах как таковых. Доказано: человек способен больше года работать в невесомости и вернуться дееспособным — при жёстком режиме. Поляков спал строго 8 часов и тренировался ежедневно. Потеря костной массы и мышц при такой дисциплине замедляется, хотя полностью не останавливается.
Отдельный пласт — эксперименты по изоляции. Проект «Марс-500» в Институте медико-биологических проблем РАН: шесть человек, 520 суток без выхода, с имитацией задержки связи, 2010–2011 годы. Невесомости там не было, зато была настоящая психологическая замкнутость. Вывод, который часто недооценивают: совместимость экипажа — узкое место не меньшее, чем радиация. Люди срываются не от дозы, а друг от друга.
Отдельно стоит биоспутники серии «Бион-М» — полёты животных с возвращением на Землю. Это единственный способ получить биологический материал после реального космического воздействия, а не после расчётов.
Радиация: то, что нельзя решить героизмом
На низкой околоземной орбите экипаж прикрыт магнитосферой. За её пределами начинается галактическое космическое излучение, от которого не спрятаться за обшивкой. Оценки суммарной дозы за полёт к Марсу и обратно у разных групп исследователей расходятся — от нескольких десятых до порядка 1 зиверта. Пределы накопленной дозы за карьеру в разных агентствах измеряются сотнями миллизивертов.
Российский вклад здесь — не защита, а измерение. Дозиметрические эксперименты на МКС, включая «Матрешку-Р» с фантомом человека, показали, как радиация распределяется по органам. Это нужно, чтобы вообще считать риск, а не спорить о нём на пальцах.
Чего нет и не появится быстро
- Сверхтяжёлая ракета. «Ангара-А5» выводит на низкую околоземную орбиту порядка 24–25 тонн, этого мало для марсианской сборки. Носитель сверхтяжёлого класса остаётся проектом без лётных испытаний.
- Марсианский скафандр и посадочный модуль. Опыт мягкой посадки на другое тело есть, но «Луна-25» в 2023 году разбилась, что показывает уровень готовности.
- Наземный замкнутый цикл жизнеобеспечения для многолетней миссии. Эксперименты идут, промышленного решения нет.
- Ядерная энергоустановка для базы. Транспортно-энергетический модуль анонсировался, лётного образца нет.
- Деньги и приоритет. Лунная программа конкурирует с марсианской за один и тот же бюджет, а марсианская пилотируемая миссия в утверждённых планах не стоит.
Три заблуждения, которые мешают считать трезво
«Россия в марсианской теме не участвует»
Участвует, но не там, где ждут. Двигатели, дозиметрия, медицинские данные по длительным полётам, изоляционные эксперименты — это реальные активы, которые нельзя купить готовыми на рынке.
«Марс — это просто далёкая Луна»
Нет. Задержка связи — от 3 до 22 минут в одну сторону, то есть управлять в реальном времени нельзя. Возврат при аварии невозможен, экипаж остаётся на планете до следующего окна. Пыль токсична, гравитация непривычная, атмосфера разреженная настолько, что не помогает тормозить.
«Главная проблема — построить ракету»
Ракета как раз самая понятная часть. Сложнее радиация, замкнутый цикл жизнеобеспечения, посадка тяжёлых грузов и психология. Именно в этих областях накопленный российский опыт весит больше, чем красивые рендеры.
Вопросы, которые задают чаще всего
Можно ли купить билет на Марс у Роскосмоса?
Нет. Пилотируемой марсианской миссии в утверждённых планах не существует, продавать билеты не на что. Частные обещания «полёта через десять лет» стоит воспринимать как маркетинг.
Американские ракеты до сих пор летают на российских двигателях?
Поставки РД-180 и РД-181 прекращены с 2022 года. Ракеты, которые уже отлетали на этих двигателях, это делали в прошлом; новых контрактов нет.
Скафандр «Орлан» можно купить или заказать?
Нет, это не коммерческий продукт. Изготовлением занимается предприятие в структуре космической отрасли, изделия распределяются под конкретные полёты.
Сколько стоит полёт на Марс?
Публичные оценки первой пилотируемой миссии — от десятков до сотен миллиардов долларов. Любая конкретная цифра здесь носит оценочный характер, потому что итоговый облик миссии не определён.
Как читать новости о марсианских планах и не вестись на хайп
Смотрите не на презентации, а на два признака: есть ли лётный образец, который уже испытывали, и указан ли источник финансирования. Если в новости только рендер и сроки «через пять лет» без бюджета — это заявка, а не программа. Если упоминается испытанный агрегат с сухим пуском или реальным пуском — с этим уже можно работать.
Тот же принцип работает и в обратную сторону: когда речь заходит о российском вкладе, ищите не заявления, а цифры — часы автономности скафандра, тяга в тоннах, сутки в полёте. Всё остальное — шум.
